Берегите себя!
Jun. 17th, 2010 12:42 amВернемся к нашим баранам уже поминавшимся мной мемуарам Казановы. Попался мне там и такой вот пассаж:
В комнату мою входит красавица-гречанка и говорит мне, что ее муж, прапорщик, имеет все права на производство в поручики, но только капитан озлобен на него за то, что она отказывает ему в ласках, которые она обязана расточать лишь собственному супругу. Она представила мне ряд удостоверений и просила составить ей прошение, которое она лично передаст Мудрому; в заключение же прибавила, что по бедности своей она может вознаградить мои труды лишь одной признательностью сердца... Вследствие чего я обошелся с ней соответственным образом, не встретив с ее стороны, иного сопротивления, кроме того, какое всякая красивая женщина считает нужным оказать для очистки совести. Отпустив ее затем, я предложил ей прийти в полдень за прошением, которое к тому времени будет готово. Она была аккуратна и не сочла лишним вознаградить меня вторично; наконец вечером, под предлогом кое-каких поправок, она дал мне повод получить вознаграждение и в третий раз.
Но, увы!, не одними розами усыпан путь наслаждений, ибо в утро третьего дня я с ужасом обнаружил, что под цветами таилась змея. Через шесть недель лишений и забот мое здоровье было совершенно восстановлено.
Однажды, встретившись вновь с моей гречанкой, я имел глупость упрекнуть ее; но она меня совершенно смутила, ответив со смехом, что дала мне лишь то, что имела, и что я сам виноват.
Ну, что тут можно сказать... "О, женщины, вам имя - вероломство!"
В комнату мою входит красавица-гречанка и говорит мне, что ее муж, прапорщик, имеет все права на производство в поручики, но только капитан озлобен на него за то, что она отказывает ему в ласках, которые она обязана расточать лишь собственному супругу. Она представила мне ряд удостоверений и просила составить ей прошение, которое она лично передаст Мудрому; в заключение же прибавила, что по бедности своей она может вознаградить мои труды лишь одной признательностью сердца... Вследствие чего я обошелся с ней соответственным образом, не встретив с ее стороны, иного сопротивления, кроме того, какое всякая красивая женщина считает нужным оказать для очистки совести. Отпустив ее затем, я предложил ей прийти в полдень за прошением, которое к тому времени будет готово. Она была аккуратна и не сочла лишним вознаградить меня вторично; наконец вечером, под предлогом кое-каких поправок, она дал мне повод получить вознаграждение и в третий раз.
Но, увы!, не одними розами усыпан путь наслаждений, ибо в утро третьего дня я с ужасом обнаружил, что под цветами таилась змея. Через шесть недель лишений и забот мое здоровье было совершенно восстановлено.
Однажды, встретившись вновь с моей гречанкой, я имел глупость упрекнуть ее; но она меня совершенно смутила, ответив со смехом, что дала мне лишь то, что имела, и что я сам виноват.
Ну, что тут можно сказать... "О, женщины, вам имя - вероломство!"